Chapter I: The story has begun
Его улыбке покорялись девушки, столь обезоруживающей она была до всех этих кровавых событий в магической Британии. Его взгляд выражал больше, чем десятки слов, такой задумчивый и глубокий. Его голос обволакивал, точно теплый плед на зябкие плечи.
Все это Гидеон старался похоронить во время начала войны – не гоже сейчас, в такие тяжелые времена, показывать себя чутким человеком. Ведь если ты подставишь спину, на нее совершенно точно найдется нож, который будет отлично смотреться в ней.
А раньше было лучше. И правда, было, зачем таиться?

Пруэтты довольно старый род, гордящийся своими корнями. В них сохранилось истинное достоинство чистокровных волшебников, не переросших в чванливость и чопорность, как у некоторых других семей. Но не о них речь.
Гидеон был первенцем, тем, о котором благородные дамы мечтают, выходя замуж. Лишь бы он был похож на ту картинку, которую упорно рисует сознание молодой хозяйки дома: тихий, умный, послушный. Гиде и правда был именно таким – не доставляющим хлопот, малышом. У него были глаза умудренного жизнью старца, нежели, младенца. И его шалости всегда были чем-то из ряда вон выходящим, спокойно списывающимся на проделки младшего братика, Фабиана. Мой Гидеон не мог сделать этого – говорила мать, с полной уверенности в своих словах. О, да, первенец был больше маминым сыном, чем отца.
Брата своего мальчишка обожал. С ним большой дом семейства был изведан с подвала до крыши и выше. Всегда вместе, неразлучная парочка. У одного всегда есть отличный план, у второго уже заранее заготовлены пути отхода. Один движок, второй тормоза. И этот тандем всегда работал безотказно. Со временем домашние смирились с проделками мальчишек – что можно сделать с теми, кто в огонь и в воду друг за друга?
А потом появилась Она – пока Молли росла, она не доставляла проблем. Но когда девчонка заявилась на задний двор и сказала безапелляционно, что готова сесть на метлу, Гидеон и Фабиан напряглись. Не гоже тем, кто носит юбки, мечтать о небе, еще чего. Мальчики упорно не замечали интереса сестры к их забавам, будто и не существует ее вовсе. Другое дело, если бы был брат, а с ней-то что делать прикажете?

Гриффиндорская семья приняла рыжеволосого Пруэтта, как родного. В нем хватало и отваги, и благоразумия. Спокойный мальчик покорял учителей упорством в учебе, хотя и не все предметы давались ему блестяще. Остро на первом курсе чувствовалась тоска по дому, где все было привычное, родное. А потом, когда в школу они вместе с братом сели в поезд, все пошло, как по маслу.
УзМС, заклинания, трансфигурация, ЗоТИ – четверка любимых предметов молодого человека, по которым он в итоге получил в Хогвартс высший балл. А что еще можно было ожидать от того, кто всю жизнь провел на ферме в обнимку с единорогами? Это было в крови. Последний же был настолько интересен, что Гиде не мог позволить себе не знать его. Остальные науки давались труднее, но тем не менее, Пруэтт закончил школу прекрасно.
За время учебы он успел оставить след в истории учебного заведения: побыть капитаном команды по квиддичу, подняться не один десяток раз на ковер Дуэльного клуба, писать статьи в школьной газете. Мальчишка успевал крутиться волчком, при этом не спуская глаз с брата, норовящего влезть в очередную авантюру, и с сестры, которая умудрилась показаться под ручку с этим Уизли…Ведь он был старшим, а значит, нес ответственность за весь выводок своих родителей.

Окончание учебы, год на ферме, в ожидании брата и путешествие по Европе в поисках знаний и ответов на вечные вопросы из разряда: кем я хочу быть, когда вырасту? Но год прошел, а у Гидеона так и не появился ответ на этот вопрос. Он видел желание Фабиана продолжать дело отца и деда. Самого же волшебника перспектива провести остаток жизни среди единорогов не совсем прельщала. В то время, как младшему Пруэтту светила перспектива взять все в свои руки, старший все еще искал свою нишу в жизни.
Молодой человек провел несколько лет внештатным корреспондентом в «Трансфиругация сегодня», написав несколько очень успешных статей. Съездил на пару-тройку конференций с докладом о семейной ферме и перспективах развития артефактологии и колдомедицины.
За последние годы сильно сблизившись с матушкой, был удостоен чести посещать ее теплицы и испытал настоящий восторг от коллекции, которую той удалось собрать за долгие годы. Проработал вопрос внедрения в семейное дело нового направления, такого как поставка на рынок не только продуктов единорожьей фермы, но и ингредиентов для редких зелий. Взял на себя ответственность за договорные обязательства в этом деле.

А потом случилось нечто, перевернувшее привычный жизненный уклад с ног на голову. Молли, их безбашенная сестричка, сбежала из семейного гнезда. Сказать, что это было шоком для всех – не сказать ровным счетом ничего. Почему так дерзко, для чего? Гидеон не понимал мотива, но принимал выбор сестры. Когда же старшие представители рода предложили отвернуться от предательницы, они с братом встали стойко на ее защиту. Если она, то и они будут выжжены из истории Пруэттов. Так пожар, начинающий разгораться, потух. Мать и отец с дочерью связи разорвали, а Фабион и Гидеон остались ее братиками, которые всегда готовы прийти на помощь.

Война внесла коррективы во все, к чему он имел отношения. Сделки срывались, поставки находились под угрозой. Жизнь каждого волшебника в прямом смысле висела на волоске. Пожиратели смерти – так они назвали себя. Те, кто взял на себя роль санитаров магического мира, считающие, что имеют право. А Гидеон считал иначе. Как и горстка волшебников во главе с Дамблдором. Он ответил на предложение, даже не думая, хотя это было совершенно на него не похоже. Твердое, решительное согласие. Пруэтты (их, как и много лет назад, водой не разлить), встали на защиту без тени сомнения.

Чтобы не сойти с ума, Гиде иногда трансгрессирует в фамильное поместье, убеждаясь: за пределами Лондона жизнь может течь почти также, как и тогда, десятилетия назад. Дом – оплот его спокойствия, дающий надежду на будущее.

Отредактировано Gideon Prewett (2026-06-30 21:10:04)