Паника – пожалуй, самое точное слово, которым вечером предпоследнего дня июля можно было описать состояние Фрэнка. Невообразимая, шокирующая, колючая. Лонгботтом и думать не мог, что он – весь такой суровый, уверенный в себе и до абсурда уравновешенный, - утонет в этом донельзя паршивом и неподконтрольном ему чувстве. Чувстве, которое при любых других обстоятельствах он бы с успехом переборол, резко ломая о колено, точно сухой березовый прутик. Но не сегодня. Сегодня вечером внутри мужчины творился какой-то эмоциональный бедлам, с силой таранивший грудную клетку требовательными и крепкими ударами сердца, эхо которых колокольным звоном откликалось в ушных перепонках.

Утро не задалось с самого начала – легкий дискомфорт, сопровождающий Алису на всем протяжении беременности, привычным головокружением усадил едва вставшую девушку обратно на кровать, опуская в объятия едва проснувшегося супруга. Срок родов крохотными шажками подбирался к их порогу – судя по зачеркнутым на магловском календаре циклам. Красные чернила ярко контрастировали с гладкой бумагой отрывного ежемесячника. И все же, уверив мужа в приемлемости своего самочувствие, молодая будущая мать не без помощи домовиков выгнала Фрэнсиса на завтрак, а оттуда на работу. Служба в период гражданской войны не ждет, что говорится, решений внутрисемейных дискуссия.

Однако, юная мисс Лонгботтом оказалась как обычно невероятно права – работа затянула шатена в себя с головой, свежими сводками отчетов обрушиваясь на заваленный бумаги стол; чрезвычайно-срочными, не требующими отлагательств вызовами выскакивая из недр магиприемника. Не смотрят на конец рабочей недели, авроры грядущими выходными похвастаться на моги – что суббота, что воскресенье – для всех них были столь же обычны, как и среда. Разве что рутинных задач становилось чуть меньше, и то – не во всех направлениях.

Заваривая себе очередную порцию крепкого черного кофе тогда, когда все нормальные люди пьют уже горячее молоко, тихонька готовясь ко сну, бывший гриффиндорец замер, отставляя в сторону кружку, и посмотрел на наручные часы. Стильный аксессуар вот уже несколько лет был удобным и компактным артефактом, вторая пара которых всегда красовалась на руке Алисы. И сейчас корпус часов неприятно подогревал под собой кожу, вынуждая скорее постучать пальцем по стеклу циферблата. Тук-тук-тук-тук.

Я рожаю! – короткая, но такая эффектная в своей простоте фраза, вспыхнула поверх призрачной дымки, затянувшей собой лицо часового механизма. Он сначала не понял, привычно хмуря густые брови, а затем прозрел и что есть сил, бросив на столе едва сваренный кофе, сорвался с места, кинувшись из штабной кухни к месту дежурившего сегодня с ним в смене старшего аврора. Причина досрочной отлучи была столь достойна, что N. и спорить с ней не стал: Дыры в штате – это, конечно, проблема, но дети – святое! – лишь приободряющего похлопал молодого отца по плечу, поздравляя со скорым пополнением и, дав на подпись документ о двухдневном отпуске за свой счет, отпустил Фрэнка в больницу.

Изумрудное пламя зачарованного камина не выпустило, а буквально выплюнуло шатена из своих недр, швыряя в объятия Святого Мунго. Недолго думая, волшебник, минуя зал ожидания, направился к стойке привет-ведьмы, за спиной которой призывно расположились двустворчатые двери в родильное отделение, украшенные характерным цветочным орнаментом. Но, без базовой процедуры проверки никого, - ни аврора, ни даже молодого отца, - к пациентам просто так не пустили бы. И дело тут не только в войне – дело в обычной, человеческой осторожности и строгих стандартах больницы.

- Алиса Лонгботтом, - первое, что вырвалось у Фрэнка, и, облокачиваясь на высокую информационную стойку, он выжидающе воззрился на дежурную медсестру. – Добрый вечер, - тут же поправил он себя, улыбаясь. – Супруга рожает, должна была поступить к вам примерно сейчас. Будьте добры, проверьте пожалуйста.

Уставшая девушка, спрятанная в ворохе папок и бумажных свитков, по-доброму улыбнулась в ответ, и потянулась к одну из журналов, ловкой открывая нужную страницу. Тонкий пальчик ее пробежал по строчкам, едва касаясь бумаги, и отвлекаясь от списков, она вновь обратилась к мужчине.

- Ваше полное имя и цель визита? – поднимаясь на ноги и коротким жестом подзывая к себе прикрепленного сегодня к больнице аврора, добавила: – И пожалуйста, передайте вашу волшебную палочку аврору для идентификации. Если у вас есть с собой какие-то презенты для роженицы – выложите их на столе для осмотра.

Молодая девушка в экипировке сотрудника департамента охраны магического правопорядка опешила, тут же признавая в Лонгботтома своего непосредственного начальника, но оперативно же взяла себя в руки, не позволяя личным отношениям и волнениям выбить ее из четко-выверенной рабочей колеи. А когда все базовые проверки были проведены, личность подтверждена и цель визита одобрена, фигура Фрэнсиса исчезла в недрах отдела акушерства, и вихрь паники, коему он не давал ранее воли, с остервенеем захлестнул собой взволнованного мужчину, усаживая его на один из дюжины свободных стульев в крохотном зале ожидания. О его визите к жене уже сообщили, и через пару минут его подзовет к себе меди-ведьма отделения, кратко информируя о обстановке.