Chapter I: The story has begun

Селестина родилась в семье Розье, третьим ребенком и единственной девочкой. Такая удача — девочка в семье, где уже дождались наследника, даже двух. Конечно, ей никто не скажет об этом прямо, но Селеста знает наверняка — тебе придется в три раза сложнее, если ты не мальчик, а уж если ты Розье — придется выложить всю себя, за что бы ты ни взялась. Селеста всегда выкладывается по полной во всё, за что бы ни бралась. И иногда это не очень хорошо. Не за всё стоит браться и не со всеми людьми связываться.

Селеста растет страшной гордячкой и ненавидит контроль, у неё всегда и абсолютно на всё есть своё мнение, и ей так жаль, что его не всегда можно высказать вслух. У неё так часто не выходит промолчать, за что Селеста получает сполна. Селеста терпеть не может, когда ею пытаются управлять, пусть от неё и ждут именно этого. Селеста — хитрая, она даже маленькой девочкой играет не по правилам, юлит, обманывает и изворачивается, а ведь правил и запретов в жизни Селесты куда больше, чем уступок и дозволенного — она же чистокровная, она Розье, и уже этого достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов и просто делать то, что требуется. Селеста растет хорошенькой и складной, такой, какой и должна — она как куколка, аккуратная, эксклюзивная, игрушка, которую родители наконец-то дождались. Ей это жутко не нравится — быть куколкой, которую показывают многочисленным родственникам, высокородным гостям и знакомым. Но Селестой и в самом деле можно было хвастаться — она, хоть и не считала нужным держать язык за зубами и отличалась непробиваемым упрямством, была начитанна и умна не по годам. Селеста читала буквально всё, до чего только могла добраться. В какой-то момент Розье-старшие стали сомневаться, что ей вообще стоит отправляться в Хогвартс, но традици…

В 11 лет Селестина, как и все, отправилась в Хогвартс. Она сидела со шляпой на голове долгих десять минут — шляпа убеждает, что ей самое место в Рейвенкло, Селеста — что хочет на Слизерин. Она клянётся сбежать из школы, не добившись желаемого, хотя ей на самом деле всё равно, где учиться — маленькая Розье знает, что она умнее половины из тех, кто уже сейчас на третьем курсе, а к тому времени, когда будет сдавать СОВ, сделает всё, чтобы ей не было равных. Шляпа к ней не прислушивается, а может быть, ту просто раздражает наглость, и Селеста ещё долго злится на старую вшивозуку. Но постепенно привыкает, успокаивается и даже находит в факультете, что должен стать ей домом на следующие семь лет, своеобразную прелесть.

С одной стороны, Хогвартс — совсем не то, чего Селеста желает. Ей вовсе не хочется жить в башне, не хочется долгих семь лет делить спальню с девочками, не хочется подчиняться придуманному кем-то другим расписанию. Селесте вообще-то столько всего в этой жизни не хочется делать! С другой стороны, в Хогвартсе Селестина чуть ли не впервые в жизни оказывается предоставлена сама себе — она почти одна, вокруг ещё куча школьников, до неё никому нет дела, кроме горстки учителей её некому контролировать. Селеста наконец-то читает, что хочет — а читать ей хочется совсем не подходящую порой литературу, увлекается чем хочет и общается тоже с кем хочет. Рейвенкло — не Слизерин, тут мало кому есть дело до чистоты крови и наполненности банковской ячейки. Селеста знает, что её будущее давно расписали яркими красками, но пока она в школе — Селеста совершенно свободна делать всё, что ей вздумается.

Очевидно, это не лучшим образом сказывается на её характере, взглядах на жизнь и планах на будущее. Селеста всегда была немного странненькой — про таких иногда говорят “ум за разум заходит”. Селеста, когда увлекается чем-то, забывает обо всём, проваливаясь в бездну собственного мира, книг, зелий, заклинаний или любого другого увлечения. В Хогвартсе она училась блестяще, но в школе ей всегда было откровенно скучно, что сказывалось на отношениях и со сверстниками, и с преподавателями. Селеста никогда не была особенно сдержанной, не стеснялась говорить то, что думает, и делать то, что хочет, не была особенно популярной среди сверстников, впрочем, не была и изгоем.

Учёба не требовала от Селестины какого бы то ни было усердия, и поэтому занятия себе по душе девушка искала сама. Так уже на пятом курсе она наткнулась, совершенно случайно, на место, которое среди знающих о нём называлось Выручай-комнатой. Если бы она только могла, Селеста поселилась бы в ней. Она проводила там всё свободное время, иногда пропускала занятия, иногда оставалась на ночь. Главной страстью Селесты стали зелья и заклинания, и первыми, и вторыми она увлекалась так серьёзно, что несколько раз оказывалась в больничном крыле.

Школьные годы Селесты приходятся на неспокойное время — общество меняется, и перемены эти касаются всех. Селеста знает, что назревает, но предпочитает от всего этого держаться подальше. Ей просто нет дела до того, у кого и насколько чистая кровь. Хотя, пожалуй, она бы попыталась научно доказать, кто и чего стоит.

Селеста впервые сталкивается со смертью, когда умирает её дед. Этот факт, очевидный и, казалось бы, печальный, вызывает у Селестины интерес, несколько нездоровый. Она с трудом узнаёт хорошо знакомого человека, когда того провожают в последний путь, и ещё много недель думает о том, что же делает с человеком смерть, как и почему так сильно меняется тело покойника. Примерно тогда же она случайно знакомится с Эгбертом, который в недалёком будущем станет её мужем. Дед её умер летом, незадолго до начала каникул. В Хогвартс в те последние дни учебного года Селестина уже не вернулась, зато в похоронное бюро Флинтов ходить повадилась. Это было чем-то вроде мании, непреодолимым интересом, влечением, с которым Селеста не желала что-либо делать. Её непробиваемое упрямство доходит до того, что по возвращении в Хогвартс у них с Эгбертом завязывается переписка. Селеста, конечно, скрывает всё — и переписку, и сам факт близкого знакомства, и уж тем более то, что они встречаются по выходным в Хогсмиде. Селеста впервые в жизни влюбилась и испытывала к кому-либо такие сильные чувства — она жила этими письмами и встречами, и сходила с ума, когда совы вдруг переставали приходить. Вести себя приходилось так, чтобы не быть пойманной с поличным, и им это удавалось почти два года. И Селестина, и Эгберт хорошо понимали, какой знатный вышел бы скандал, узнай кто об их отношениях. Впрочем, Эгберта не в чем было обвинять — они никогда не переходили границ. Селеста ждала того дня, когда Эгберт сможет прийти в её дом с официальным визитом так сильно, как не ждала больше ничего в своей жизни. Конечно, её родители ответили согласием. В конце концов, Эгберт, если отбросить в сторону все слухи и предрассудки, был неплохим вариантом — по крайней мере, чистокровен и богат. Никто и не догадывался до конца, почему Селеста, известная привычкой отвечать “нет” только из желания противоречить тем, кто говорит “да”, так легко согласилась. Если бы кто-то только знал…

Селесте всегда хотелось добиться в жизни чего-то большего, чем просто стать женой, пусть и женой Эгберта. Селесте просто больше жизни хочется стать… нет, не целителем, но стажировка в Мунго ей нужна. И СОВ, и ЖАБА она сдаёт так блестяще, что ни у кого не возникает сомнения — она точно станет. Это, по большому счёту, никому не нужно, но даже её отец, пусть он и не принимает теперь за неё решения, считает, что оно и не навредит — он вообще уверен, что Селестина быстро устанет и наиграется, зато не будет считать, что её чего-то лишили. Селеста добивается своего, Мунго принимает её с распростёртыми объятиями, и она приступает к стажировке. Довольно скоро после её начала Селеста понимает, что беременна. Это неожиданно и пугающе — она совершенно не готова становиться матерью, ей хочется жить своей жизнью и наслаждаться ею, а не отвечать за ещё одну, только маленькую. Но Эгберт рад, и Селеста принимает случившееся.

Беременность даётся ей сложно, очень сложно. Первые месяцы Селеста с трудом может есть и пить, её постоянно тошнит, и даже зелья от тошноты вызывают… тошноту. Стажировка в Мунго, попытки хоть с чем-то разобраться в похоронном бюро мужа — всего этого слишком много для совсем ещё юной девушки. Селеста подсаживается на дурманящие вещества постепенно — она боится навредить ребёнку, боится вылететь из Мунго, но реальность и происходящее даются ей слишком сложно. В то время как Эгберт от них так весел… Селеста пробует, и на какое-то время ей становится легче, но потом перестаёт помогать. Роды становятся самым страшным днём в её жизни, первое время она не в состоянии думать о том, что стала матерью — это словно остаётся за пределами её понимания. Но очень скоро приходят и радость, и любовь. Они с Эгбертом, оба, просто обожают маленького Маркуса, они клянутся, что сделают для него всё. Но работа и стажировка, война и бессонные ночи, стажировка и снова бессонные ночи — и всё возвращается на круги своя. Селеста с доверчивостью собаки соглашается попробовать всё, что предлагает ей муж. И однажды оказывается заперта в клинике, одна, без него и без ребёнка. Тогда Селеста не помнит, не понимает, что случилось. А когда приходит в себя, с ней случается настоящая истерика. Их, конечно, выпустили, и Селеста смогла продолжить и закончить практику, а затем уйти из Мунго, но Маркус так и остался у её родителей. Они позволяют Селесте и Эгберту видеться с ребёнком, но вот уже два года он растёт не с ними. Ее жизнь превращается в цветастый калейдоскоп — работа, которой в последнее время так много, и снова провалы, потом работа, и снова, и снова они с мужем сбегают в свой мир.

Отредактировано Celestina Flint (2025-10-04 13:30:22)