Пандора ждала этого дня, как ей казалось, очень длительное время. Сегодня ночью, а точнее после заката солнца, наконец, должно было случиться то самое время. Ясное небо, на котором не было ни единого облачка. Когтевранка не находила себе места, ожидая наступления этого момента, не собираясь упускать это идеальный во всех отношениях вечер.
На уроках, возбужденная ожиданием предстоящего вечера, она на слушала в пол уха, постоянно поглядывала в окно, наблюдая за небом, высматривая на них тучи. Точнее, она смотрела на него, чтобы убедиться - погоду ничего не сможет испортить, а вместо с тем и её план, который она так старательно вынашивала по меньшей мере неделю.
Не хочу лишиться этой возможности, - твердила она про себя. Потому даже на тех уроках, где ей не терпелось показать все свои знания и умения, она вела себя тише воды, ниже травы.
Наверное, тем, кто знал блондинку очень хорошо, сейчас мог заподозрить, что она что-то замышляет. Если хоть кто-то догадается, то в лучшем случае меня заставят отрабатывать наказание, а в худшем - я буду немедленно исключена. Мне даже не дадут возможности все объяснить. Как страшно!... Страшно, но я хочу попробовать! Хочу рискнуть!
Сумасшедшая!-  сказала бы про нее добрая половина школы. - Зачем заниматься такой странной деятельностью, лишь для того, чтобы просто посмотреть на звезды? Да что они понимают! Буря негодования поднялась в сердце волшебницы, и она притворно надула губки.
Да чтобы они понимали? Сидят себе приспокойно и нос боятся показать наружу! - выразилась ученица. - А если бы имели хоть каплю смелости, ни за что не упустили такую возможность. Это ведь так чудесно - наблюдать за звездами. Звезды - это ведь не просто холодные светящиеся небесные тела, это целый неизведанный мир. Мне необходимо смотреть на звезды. Они притягивают меня словно магнитом. Каждый, кто смотрел на звезды хотя бы однажды, уже не сможет оставаться равнодушным. Они западут ему в душу и останутся там навсегда. Хотя кто бы мог подумать, что эти светящиеся точки на небе буду представлять для меня "опасность", - тихий смех наполнил окружающее пространство.
Но не смотря на множество запретов и здравый смысл, Эвергрин, отчаянно рвалась на Астрономическую башню. С каждым шагом, приближаясь к месту своего назначения, её сердце стучало все сильнее.
Она ускорила свой шаг, стук её туфель, как ей самой казалось, раздавался в её ушах. В голове порой звучал внутренний голос, рекомендовавший ей развернуться и вернуться в гостиную факультета. Но девочка упрямо игнорировала все советы, упорно преодолевая ступеньки лестницы, ведущей, как выразилась сама юная ведьмочка, в Небесные чертоги.
Добравшись наверх, она дышала чаще обычного, на щеках горел румянец, а губы тронула очаровательная улыбка. Школьница была довольна собой - она справилась, она поставила перед собой цель и добилась ее.
Хотя лишь наполовину, - поправила она себя мысленно, - но все равно - это её победа, пусть и маленькая, - подумала она проходя внутрь башни, чтобы поудобнее расположить.
Внезапно её тело напряглось, а по спине пробежал холодок.
- Мерлин, - сказала она еле слышно. - Я провалилась, - пронеслось в мыслях. Она могла поклясться, что почувствовала на себе чей-то взгляд.
-Кто здесь? - требовательно обратилась к тому, кого не могла увидеть, но интуитивно ощущала его присутствие. - Глупая! Бежать нужно, а не спрашивать! - услышала возмущенный внутренний голос в своей голове. - Люмос! - произнесла студентка, направляя палочку туда, где предположительно находился незнакомец.

Восстановить дыхание и правда было непросто, — пронеслось в разуме нарушительницы школьных правил. — Погружение в учебный курс и тайные «научные» эксперименты совсем не оставляли времени на физическую подготовку. А ведь раньше я частенько просыпалась пораньше и отправлялась на утреннюю пробежку.
Пандора погрузилась в воспоминания. Те самые, которые и сейчас вызывали настоящий восторг, а в детстве и вовсе были едва ли не чудом. Улыбка тронула ее губы.
Приятно было прогуливаться по парку ранним утром. Воздух еще не отдает зноем — он свежий и чистый. Особенно мне нравилось совершать такие прогулки летом: солнце еще не входит в полную силу, только начинает пригревать — ласково и бережно. И все выглядит иначе. Казалось бы, идешь давно привычным путем, но все выглядит так, будто наблюдаешь это впервые: старый деревянный мостик, мерно покачивающийся из стороны в сторону; пробегающий под ним шустрый, веселый ручеек; даже капли росы на траве и листьях деревьев, поблескивающие под пробивающимися лучами утреннего солнца, выглядят как сверкающие алмазы.
Я помню это, словно это случилось вчера. Помни те ощущения, даже если они вызывали усталость.
И у ночи есть свои привилегии: она добавляет миру таинственности, тишины, спокойствия. Купаться в лунном свете так же прекрасно, как и получать удовольствие, принимая солнечные ванны. Что же говорить о звездах! В дневное время нельзя ни лунным светилом, ни звездами полюбоваться. Недоступно это днем — в этом и сокрыта загадка ночи.
Эвергрин хмуро посмотрела на невесть откуда взявшегося слизеринца. Выслеживал меня специально, поджидал — а теперь побежит с докладом к патрулю? А может, и к декану сразу кинется! Любили все-таки некоторые подставлять других учеников, даже собственных товарищей подставлять не брезговали. А Слизерин особенно преуспевал в подобном.
Пандора уже хотела было тоже сказать что-то язвительное и ироничное, но взгляд собеседника ее остановил. Она лишь шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы, ощутив, как насмешливая фраза застывает на ее губах.
Когтеванка почувствовала какой-то сковавший ее внутренний страх, но даже не думала поддаться ему и продвинулась навстречу собеседнику.
Еще мгновение назад мне показалось, что я впервые увидела его настоящее лицо, была готова поверить, что у него все-таки есть чувствительная сторона, как он тут же разрушил это, снова надев на себя непроницаемую маску безразличия.
Но пусть и ненадолго, но все же приятно узнать, что чувства иногда пробиваются сквозь броню, в которую он себя облачает.
Наверное, он хотел побыть наедине со своими мыслями, а я взяла и разрушила эту хрупкую идиллию. И он в ответ не придумал ничего лучше, кроме как нагрубить.
Хотя сейчас мне вспоминается, как недавно в Большом зале обсуждали инцидент с участием его брата. Пандора сама не видела, но очевидцы так красочно обрисовывали все детали, что через пару дней об этом знала вся школа. Кажется, у него очень строгие родители, в особенности мать.
Наверное, очень тяжело ему приходится: его родители хотят сделать его образцовым сыном, который всего себяпосвятит долгу и семье. Она хочет вылепить из него совершенство – лучший в учебе, «шелковый» характер… Но так ведь Регулус может утратить собственное «я».
Эвергрин хмыкнула, пожав плечами.
— А ты часто говоришь сам с собой? — адресовала она вопрос собеседнику. — Может, речь репетируешь?
Однако Блэк в этой ситуации оказался прав, и Пандора погасила зажженное на конце палочки пламя.
Луна так ярко светит, что никакого освещения не нужно.
— А ты, значит, обладаешь иммунитетом, который дарует тебе спасение, если сюда сейчас ворвется патруль во главе с директором? Что же, даже не сомневалась, что факультет Слизерин обладает статусом и преимуществом, словно царствует над всеми, — все-таки не удержавшись от едкого комментария, выпалила школьница.
Блондинка, шумно выдохнув, посмотрела на Регулуса и улыбнулась. Тепло и искренне, как близкому другу.
— Я что-то вспылила, прости, — озвучила свои извинения девушка. — Не хочу сейчас ни о чем думать. И уж совершенно точно готова принять любое наказание. Все ради этого! — с волнением в голосе продолжила когтевранка. — Посмотри же скорее сюда, — под воздействием момента Пандора взяла ладонь Регулуса в свою. — Думал ли ты когда-то, что звезды тоже имеют свою историю? А может быть, и такое: после смерти некоторые люди могут стать звездами, продолжая наблюдать за своими потомками и освещать их путь.
— Ты ведь пришел этой ночью сюда, а значит, тебя они тоже завораживают, я ведь права? — спросила Эвергрин, не отпуская ладони Блэка, она указала на устланное, словно сверкающими бриллиантами, звездное небо.

Она не собиралась играть в эти игры. Уж точно не сегодняшней ночью, уж точно не с Блэком. Этот волшебник не был ее врагом, его и знакомым называть было спорно. Не то что уж другом. Когтевранка проследила взглядом за слизеринцем, поморщив свой аккуратный носик и скривила тонкие губы так, что они стали еще тоньше и прямее. Пандоре на самом деле не хотелось вступать в бессмысленный спор, в котором никто не выйдет победителем. Но ведь он сам виноват! – где-то на задворках сознания буркнул внутренний голос.
Нет, враждовать, огрызаться и оскорблять друг друга – это совсем не то, чего мне хочется в такую ясную звездную ночь. Заниматься такими глупостями означает совсем не уважать того, кто наверху открыл человеку путь в столь волшебную сказочную историю. Конечно, я представляла ее иначе – не хотела делиться сокровенным, но почему-то сейчас вынуждена разделить это воспоминанием с тем, кому за все время учебы и двух слов не сказала…
Все так, разумеется, - пожала плечами ученица. – Да и я тоже хороша! Не стоило вообще вступать в эту беседу! – мысленно ругала себя Эвергрин. – Следовало просто развернуться и уйти, - выдохнула девушка. – А почему это, собственно, уходить должна была я? – продолжала та внутренний монолог. – Я имею такое же право находиться здесь, - хмыкнула блондинка.
Уходить-то не следовало, может быть, но зачем я все это наговорила Блэку? Вот глупая! Еще и вместо того, чтобы заняться спокойно заняться своими делами, за руку его взяла и в разговор втянула! Он, наверное, сейчас усмехается, насколько я беспомощная! И что вместо одиночества выбрала его компанию. Чистокровные волшебники из древнейших родов, подобных Блэкам, и без того должны презрительно задирать нос и насмехаться над такими недотепами, как я.
Ну, что сделано – то сделано! Сворачивать с этого пути будет выглядеть еще более глупо, - согласилась с собственным выводом Пандора.
Так странно, но так удивительно! Я должна чувствовать беспокойство и неловкость, находясь с ним в непосредственной близости, но ничего из этого я не ощущаю. Наоборот, чувствую необычайную легкость и спокойствие. Это возникшее чувство для меня пока остается загадкой, феноменом. Казалось бы, что такого? Просто случайно столкнулись вечером два человека, они поговорят, а когда наступит утро, разойдутся, сделав вид, что этого разговора не было. А может, это все и вовсе им приснилось! Не знаю, чем все закончится, знаю, что сейчас, в эту самую минуту я держу его за руку. А он слушает, потому что слышит, смотрит, потому что видит, потому что чувствует. Я же ловлю себя на ощущении ясности, пришедшей и захватившей меня радости.
Все эти чувства дарят мне ощущение заполненности и смысла.
- Так я и не на уроке, чтобы выдавать зазубренные научные трактаты в очередной попытке заслужить лишние баллы для факультета, - обронила блондинка. – Я вообще здесь не для этого! Я пришла сюда отдохнуть, - громче, чем следовало, выпалила на та на одном дыхании. - И подумать, наверное.
- А когда я говорю «отдых», имею в виду, что нужно позволять себя мечтать, - посмотрела блондинка на собеседника, переплетая его пальцы по своими, стараясь передать ему свое тепло. – Нельзя только лишь смотреть на все вещи только с физической точки зрения, - ответила Эвергрин, стараясь довести до аристократа свою точку зрения. – Ты же смотришь на этот прекрасный чарующий мир звезд букой, - заключила когтевранка. – Вместо того, чтобы воспользоваться фантазией, и по-настоящему восхититься неизведанной таинственной Вселенной.
Продолжает смотреть на меня с таким скепсисом, - подумала ведьма, смотря на собеседника, пытаясь прочитать его мысли. Думает, что я уже не столько безобидная чудачка, сколько умалишенная, от которой следует бежать куда подальше?
- И что ты хочешь этим сказать? – осведомилась Пандора, выгнув бровь. – Что ваши имена, данные вам при рождении, уже определили вашу судьбу? Что вы не имеете голосов, чувств, собственных желаний? Что все, что вы должны делать, сводится к полному беспрекословному подчинению? – настойчиво спрашивала блондинка, надавив пальцами чуть сильнее.
- По-моему, ты ошибаешься, - не поддержав такой вывод слизеринца, хмыкнула она. – Все зависит только от нас самих. – Кто хочет бороться, тот сражается, идет наперекор правилам и даже судьбе. – И что ты будешь отрицать, что из всех Блэков сделали безвольное стадо, вынужденное идти за своим пастухом? Знает же, что этот не так. И у него перед глазами есть пример такого неподчинения, но, возможно, страшится признаться в этом. Даже самому себе.
- Вы носите имена созвездий, - подтвердила Эвергрин, — это неоспоримый факт. А еще очень красивая традиция. Возможно, я могу ошибаться, уноситься в своих фантазиях за грань, но я верю, что такие имена вам даны не для того, чтобы ваша личность терялась в них. Они даны вам, чтобы сиять подобно звездам. Очень ярко, и, возможно, освещать путь тому, кто заблудится в темноте.
- Верю! – почти выкрикнула Анди. – Каждая звезда хранит в себе память, имеет свой неповторимый голос, - оживилась волшебница, почувствовав, что ей постепенно удается пробиться сквозь эту защитную броню, возведенную Регулусом. Но от чего же он так стремиться защититься, возводя такую непробиваемую стену?
- На небе нет ни одной похожей звезды, - кивнула девушка в знак подтверждения своих слов. – А ты хотел бы услышать, что шепчет звезда? – подойдя ближе и остановившись напротив спросила волшебница, совсем забыв о личных границах.
Она не отпустила его руки и только заговорщически улыбалась.