Когда Аластор Муди брал себе стажёра, он рассчитывал получить очередного птенца, которого первые пару лет придётся учить простейшим установкам и показывать, с какой стороны вообще держать волшебную палочку. Однако Джеймс Поттер оказался умнее, зоть и не гением, конечно. Гениев Аластор за всю жизнь встречал примерно столько же, сколько честных чиновников в Министерстве, то есть подозрительно мало. Однако мальчишка быстро соображал, хорошо запоминал, не боялся задавать вопросы и, что хуже всего, даже пару раз задавал вопросы, после которых Муди приходилось мысленно признавать: ладно, не совсем дубина. Аластор вообще с самого начала видел в нём Фрэнка (пусть и чуть более раскрепощенного). А это была неплохая оценка.

Поэтому особенно сильно его выбесило, когда спустя несколько недель после этих мыслей он увидел собственного стажёра на собрании Ордена Феникса.

Муди мог бы решить, что обознался — всё-таки Поттер был похож на половину молодых идиотов Лондона, — да и в голове просто не укладывалось: его стажёр, которого он каждый день учил смотреть по сторонам, оценивать помещение и не лезть туда, откуда ещё не придумал, как выбраться, спокойно стоит среди людей, которые собираются воевать с Волдемортом. Но нет, это действительно был Поттер, бережно сжимающий руку рыжей ведьмочки и слушающий Альбуса. Аластор увидел переплетённые пальцы, свадебные кольца и совершенно довольную физиономию молодожёна. Вот тогда день окончательно пошёл по драккловой дорожке, а в голове засела мысль задушить засранца за то, что использует голову только чтобы накручивать кудряшки.

Впрочем, через несколько минут злость стала чуть холоднее, потому что Аластор понял ещё одну вещь — Дамблдор сделал это не случайно. И вот это Аластору нравилось особенно мало. Подойти к Поттеру он не успел, мальчишка исчез раньше, чем Муди закончил разговор с одним из старших членов Ордена. Зато Дамблдор никуда не делся и разговор с ним получился примерно таким, как Аластор и ожидал.

— Аластор, нам нужны все руки и подмога. Ты ведь сам был таким не так давно.

Муди посмотрел на Дамблдора так, как обычно смотрел на особенно бестолкового министерского чиновника, который только что с умным видом предложил потушить пожар дополнительной канистрой бензина.

— Подмога, Альбус, — повторил он медленно, будто проверяя, не изменилось ли значение слова за последние двадцать лет, — Это когда человек приходит и действительно помогает. Когда он умеет держать палочку, знает, что делает, понимает приказ и хотя бы примерно представляет, что происходит вокруг него.

Муди помолчал, после чего тяжело поставил ладонь на стол.

— А мясо — это когда у него есть палочка, две ноги и достаточно храбрости, чтобы первым сунуться под Аваду. - старший аврор поднял взгляд на Дамблдора.— Так ты привел помощь или мясо к ужину?

Альбус не ответил сразу и Муди прекрасно знал почему. Дамблдор привык к его стилю общения и никогда не спорил с ним в лоб, он просто позволял собеседнику выговориться, что бесило Аластора еще больше.

— Нам не нужны ещё десять человек, которые красиво стоят рядом, пока начинается перекидка заклинаний. Не нужны люди, которых придётся вытаскивать из-под трупов собственных товарищей. Потому что враг, Альбус, не будет ждать, пока твои дети закончат школу, сдадут экзамены и наконец научатся думать прежде, чем лезть вперёд. —Муди коротко усмехнулся. — И не надо мне рассказывать, что я сам когда-то был таким. Я знаю. Только между «я был молодым идиотом» и «давайте теперь наберём ещё двадцать молодых идиотов» есть довольно существенная разница.

Он откинулся назад, скрестил руки на груди и посмотрел на старого волшебника уже без всякой улыбки.

— Ты собираешь армию, Альбус. Прекрасно. Собирай. Только не называй её подмогой, если половину этой армии мне потом придётся учить падать так, чтобы они не ломали себе шею.

Дамблдор всё ещё молчал. И от этого молчания Аластор понял больше, чем ему хотелось.

— Поттер способный, — сказал Муди уже тише. — Очень. Именно поэтому я и не собираюсь позволять ему сдохнуть из-за того, что кому-то в голову пришла замечательная идея дать мальчишке войну вместо подготовки, — он ткнул пальцем в сторону двери, — хочешь больше рук — дай мне время сделать из них руки и потом рекрутируй.

Альбус чуть склонил голову и в этом движении было достаточно, чтобы Аластор окончательно понял, куда ведёт этот разговор. Ну разумеется на это и был весь расчет. Дамблдор не стал заранее рассказывать ему о бывших школьниках, потому что прекрасно знал: Аластор всё равно увидит их сам. Увидит их молодость, самоуверенность, недостаток опыта и ту опасную разновидность храбрости, которая особенно часто встречается у молодых людей. Альбус уже знал, кто будет заниматься этими детьми. Он вообще слишком хорошо умел смотреть вперёд и прекрасно видел, кто где окажется через полгода и кто станет полезен через год. Ал вообще считал, что для Дамблдора они все были фигурами на доске, которые нужно было расставить так, чтобы однажды они оказались там, где понадобятся.

Аластор посмотрел на старого волшебника и уже почти видел, как всё это будет выглядеть. Поттер будет лезть вперёд, он будет орать. Поттер будет спорить и Муди снова будет орать. Потом Поттер полезет туда, куда ему совершенно не следует, и Муди будет вытаскивать его оттуда за шиворот. Потому что именно так это всегда и работает.

— Они еще дети.

— Ты все правильно говоришь, Аластор. Как и то, что никто не будет ждать, пока они вырастут.

И в очередной раз одной лишь фразой Альбус просто подвел Аластора к единственному разумному решению, после чего оставалось только сделать вид, будто решение было твоим. Муди устало прикрыл глаза, уже представляя, какая грандиозная экспресс-работа его ожидает, и всё же, когда он открыл их снова, в раздражении уже появилась привычная холодная собранность.

Если Дамблдор собирался бросить этих детей в войну, Аластор хотя бы собирался сделать так, чтобы они знали, куда именно их бросают. Особенно его личный стажер.

На следующий день Поттера искать долго не пришлось. Муди уже давно заметил одну удивительную закономерность: если Джеймс Поттер где-то находился, рядом обязательно становилось громко. Услышав очередной эмоциональный разговор, Аластор безошибочно пошёл на звук и Поттер действительно оказался там, разговаривал с кем-то, размахивал руками и выглядел совершенно спокойно. Настолько спокойно, что Муди на секунду даже позавидовал.

— Поттер, подбирай сопли и за мной.

И Муди прошёл мимо, даже не удостоив его объяснением. Ни приветствия, ни вопроса, полностью в его стиле. Уже через несколько минут они уже стояли на тренировочном плацу. Аластор остановился напротив стажёра и впервые за всё утро посмотрел на него по-настоящему внимательно. Не как на мальчишку, которого нужно чему-то научить, и даже не как на человека, которого только что обнаружили там, где ему совершенно не место. Теперь он смотрел на Поттера так, как смотрел на коллег на тренировках: оценивая стойку, взгляд, положение рук, расстояние между ногами и то, насколько быстро человек способен понять, что сейчас произойдёт.

Возможно, Поттер ждал разговора. Но вместо этого Аластор поднял палочку и без предупреждения выпустил первое заклинание. Невербальное Depulso.

— У нас уже была лекция о том, что неприятности не предупреждают, откуда приходят? - Муди наконец усмехнулся. Совсем чуть чуть, перехватывая палочку в руке и готовый выпускать очередь заклинаний.

— Я твоя неприятность, Поттер.

Потому что, если уж Аластор Муди стал нянькой, то откладывать воспитание он бы никогда не стал.