Chapter I: The story has begun

[indent] Молли Игнатия Пруэтт родилась 30 октября 1949 года, в канун Хэллоуина, и, хоть её родители не отличались свойством верить в подобного рода вещи, этот факт всё же наложил свой отпечаток на её характер. Девчушка с самого маленького возраста умудрялась совмещать в себе, казалось бы, несовместимые вещи: была и бойкой, непоседливой, любознательной и смекалистой не по годам, вечно стремящейся всё вокруг изучить и попробовать, и вместе с тем была девочкой несомненно воспитанной, усидчивой, когда того требовало занятие, и умела производить впечатление человека, который не способен на шалопайство, что роднило её со старшим братом Гидеоном — многие её проделки списывались на Фабиана. Однако надо отдать малышке должное, если речь заходила не просто о журении, а о каком-то наказании, Молли заступалась за брата (чем неимоверного его раздражала, разумеется — как мальчишеской гордости стерпеть, что его защищает, и весьма успешно, какая-то малявка?) и практически всегда ситуация разрешалась без серьёзных последствий.

[indent] Она была близка с матерью, будучи той отдушиной, с которой мать, после двух старших сыновей, могла разделить все “женские” занятия и которая и научила её и шить, и готовить (естественно, Оливия не готовила каждый день, для этого были домовики, но, происходя из рода традиционных хаффлпафцев, обожающих баловать близких и готовить, любила время от времени побаловать семью каким-нибудь яблочным пирогом), и разбираться в травах, и даже базовым “домашними” лечащим чарам и средствам, когда Молли уже стала достаточно взрослой для этого. Несмотря на это, Молли несомненно являлась папиной дочкой. Точнее, Тибериус был во многом обмотан вокруг её маленького пальчика с самого её рождения. Обладая по-настоящему волшебным действием на отца, младшая Пруэтт могла уговорить его практически на что угодно, от какого-нибудь развлечения до обучения летанию на метле и даже верховой езде на единорогах, которые малышку обожали, а она отвечала им взаимностью. Тибериуса ничуть не смущало, что его дочка занимается и “мальчишескими” вещами тоже — наоборот, для него это был повод для гордости, вон у него какая дочь растёт, любому мальчишке фору даст. Естественно, такое отношение отца совсем не помогало стремлению Молли быть третьей в компании её старших братьев и она всячески старалась привлечь их внимание, но сталкиваясь с безразличием с их стороны сначала по-детски недоумевала, потом расстраивалась, а потом решила, что мытьем или катаньем, но она докажет, что она не хуже них и может наравне с ними участвовать во всех их “очень важных мальчишеских делах”. С течением времени это стремление доказать, что она наравне с ними, не в последнюю очередь из-за внимания отца, но и из-за копящейся обиды на зазнавшихся старших, переросло в стремление доказать, что она лучше них… а о соревнованиях между братьями и сестрой Пруэтт портреты, домовики и прочие обитатели семейного поместья будут вспоминать ещё долго, тем более что силы были равны не только из-за того, что одна Молли двух мальчишек легко стоила, но и из-за верного соратника, который с ранних лет был как принят в компанию мальчишек, так и завербован маленькой рыжей валькирией — кузен Фрэнк ( правда вербовкой это назвать трудно, скорее, он поддержал её, когда она была расстроена из-за непринятия старших братьев, она полу-спросила, полу-утвердила, что они теперь друзья, а всё остальное, как говорится, история ).

[indent] Как и Гермиона, Молли поступила в Хогвартс в возрасте почти 12 лет (что, естественно, стало поводом для подколов братьев, но она держалась достойно и находилась с ответом, как вербально, так и физически), поскольку родилась в октябре.

[indent] Уже в поезде она в первый раз столкнулась (в прямом смысле этого слова) с Артуром Уизли, но не предала этому знакомству особого значения. Впоследствии, они оба были распределены в Гриффиндор, как её старшие братья и, год спустя, Фрэнк. Молли, не знавшая дискриминации с рождения, поскольку при ней отец, не отличавшийся чванством и самолюбованием в таком количестве, чтобы детей с малых лет приучать к тому, что только они как чистокровки хороши, а все остальные — недостойные, а мать была из ещё более либеральной семьи, никогда не смотрела на статус крови человека при выборе знакомых. У неё был и есть только один критерий: хороший человек или нет. Артур, несомненно, проявил себя как человек хороший — добрый, умный, кроткий, но с железным стержнем внутри, не лезущий нарожжон, но готовый отстоять свою точку зрения, если это касается важных для него тем — и со временем между ними расцвела дружба, которая естественным, незаметным для них двоих, образом перетекла в любовь.

[indent] На самом деле, качество сорвиголовы младшие Уизли унаследовали от Молли, хотя она всегда умела производить впечатление разумной девушки, никоим образом не способной на нарушение правил. Это, однако, не значит, что она нарушала школьные правила часто или серьёзно. Её нарушения были из разряда романтичных прогулок под луной до 4 утра с Артуром Уизли, а не взрываний туалетов.

[indent] Из них двоих, Молли более темпераментная, тогда как Артур более спокойный (при том, он тоже способен на креативные нарушения правил и уже в школе начал экспериментировать с гибридами маггловских предметов и магических чар… благо, отследить подобные вещи в школе, которая кишит магией самых разных людей, было очень трудно).

[indent] Младшая Пруэтт, ничуть не уступавшая, а в чём-то даже обгонявшая братьев, входила в Клуб Слизней, Дуэльный Клуб, Клуб Любителей Магических Существ, который соосновала, работала над женской школьной стенгазетой, вопреки сомнениям братьев успешно прошла отбор на позицию охотника в гриффиндорской команде по квиддитчу и даже стала старостой факультета (1965-68), вместе с Артуром. Теоретически, из-за своего статуса старост они могли определёнными ночами ходить по школе безнаказанно, но поскольку они были ответственными старостами, гулять под луной до 4 утра они ходили не в те дни, когда патрулировали, поэтому несмотря на то, что они уже были старостами, однажды после такой прогулки Молли чуть не попалась, а Артур попался завхозу, предшественнику Филча, и был наказан. Артур той ночью, заметив завхоза издалека, отвлек его внимание на себя, зная, что будет наказан, чтобы Молли смогла прошмыгнуть в гостиную и не была наказана. Молли была и возмущена (она не хотела бы, чтобы его наказывали, тем более, по сути, из-за нее), и растрогана одновременно... ну и как в конечном итоге было с таким не сбежать под венец? Ведь он еще с подростковых дней помогал ей чувствовать, что все им вдвоём будет ни по чем, что с ним она в безопасности, и эта уверенность за всю их последующую жизнь ни разу не поколебалась, и была одной из причин, почему Молли хватило смелости родить 6 детей в военное время, когда время было смутное и ничего не было понятно, чем все закончится и когда... с Артуром она чувствовала, что они в любом случае справятся.

[indent] В школе Молли училась хорошо, обращала на себя внимание преподавателей не только своими огненными волосами, но и прилежно выполненными заданиями и хорошими, вдумчивыми (иногда даже слишком… по теме, которая её действительно интересует, Молли могла высказываться с большим жаром) ответами. Особенно выделялась своими способностями в Зельеварении, Чарах (и то, и другое впоследствие ей пригодилось как в быту, так и в нахождении подработки), ЗоТИ, УЗМС (это у них семейное, естественно считали все, от однокурсников до преподавателя) и Травологии (это уж точно семейное).

[indent] После выпускного Молли, проведя месяц дома и поняв, что на её брак с предателем крови (до чего же неприятно было ей узнать, что термин, за который она дала в нос в Хогвартсе и не раз, когда слышала его обращенным к её другу, входил и в словарный запас её отца, скажем так) родители точно не согласятся (какое же горькое разочарование она испытала, столкнувшись с тем, что её отец видел её ровней мужчинам только до определённой степени и в этот диапазон не входила свобода решать, с каким человеком по статусу она готова связать свою судьбу), сбежала под венец с Артуром, к великому огорчению её родителей (будем честными, отца, мать просто с ним не стала спорить), хоть и умеренно либеральных, но все же прочащих своей дочери более выгодную партию чистокровок. После этого отношения с родителями у неё практически прервались: с её точки зрения, это она не желает знать людей, которые не только придерживаются подобных мнений, но и не готовы проявлять гибкость и прислушиваться к мнению других.  Маме, понимая, что она не придерживается такого мнения, просто не может себе позволить перечить мужу и его родственникам (чего Молли искренне не понимает, но не злится, скорее, разочаровывается и испытывает горечь за мать), теперь уже юная миссис Уизли присылала время от время весточки и даже познакомила с двумя старшими внуками, но по мере того как разгоралась война и всё больше значения приобретало отношение людей к статусу крови, а разделение людей на фракции по этому самому отношению набирало обороты, Молли с тяжелым сердцем прекратила практически полностью контакты с мамой, чтобы не подставлять её под удар вроде бы нейтрально-настроенных, но кто-их-знает-во-что-все-это-может-вылиться родственников, так что Перси, близнецов и Рона она с ней до сих пор не познакомила, а редкие весточки передаёт и получает исключительно через братьев, в основном через Фаба. Кстати, именно тот факт, что её любимые старшие братья поддержали её решение, хоть и провели “беседу старшего брата” с Артуром (но скорее ради смеха, потому что то, что Артур — хороший парень с самыми чистыми и благородными намерениями, они узнали ещё в школе), в большой степень помог ей пережить болезненный, как бы она не храбрилась разрыв с остальной семьёй, и на данный момент теплыми и доверительными отношениями с Гидеоном и Фабианом она очень дорожит, даже близнецов назвала почти в их честь.

[indent] После школы Молли поступила стажером в Больницу Святого Мунго (что потом очень пригодилось ей в быту, особенно когда стали подрастать близнецы), но проработала там всего два года, пройдя лишь год из трёх положенных для освоения профиля специалиста широкого профиля, потому что у них с Артуром родился первенец, Уильям, и Молли пришлось уйти в академический отпуск. Сначала она была уверена, что вернется в Мунго как только Билл более-менее подрастет и она сможет оставлять его с Фабианом или подругами… но она едва успела окончить второй год практики как пришло время Чарли. Когда Чарли почти исполнился год, Молли, с помощью Фабиана, знакомых и Артура, всё же вернулась в Мунго и окончила практику, получив диплом колдомедика, но была вынуждена снова уйти в академический отпуск, когда Чарли было 3 года, и после этого она поняла, что, видимо, незаметно для себя самой всё же перешла на не менее важную и сложную и очень удовлетворяющую (в те редкие минуты, когда дети спят и не надо ничего делать по дому) работу домохозяйкой и матерью двух, в скором времени трех (а как покажет время - в конечном итоге, семерых) детей… тем более, к тому времени Артур убедил её, что сможет содержать их семейство в одиночку, в Министерстве ему хорошо платят.

[indent] Впрочем, нельзя сказать, что Молли ничем не занимается, кроме дома и детей: она постоянно ищет подработки и пробует себя в разных делах по мере возможности. Например, через несколько месяцев после рождения Билла она устроилась на полставки в Кондитерскую Шугарплама в Косом Переулке, поскольку к готовке и выпечке у неё обнаружился природный талант, а брать младенца с собой на работу в Кондитерскую было куда проще и безопаснее, чем в больницу. Во время практики она переходила на дистанционную работу, после рождения Чарли снова ненадолго выходила на работу непосредственно в пекарню, потом снова перешла на дистанционную работу, когда вернулась в Мунго, и так и осталась после рождения Перси на дистанционной работе, занимаясь выпечкой дома и отправляя готовые изделия камином, предпочитая всё же своим приоритетом сделать семью. Так же, примерно с того же времени, когда Молли перешла на полностью дистанционную работу в кондитерской, она нашла подработку в одной из аптек, располагающихся на Косой аллее, поскольку ещё в Хогвартсе профессор Слагхорн отмечал её талант в зельеварении и прочил ей большое будущее на этом поприще, а готовить зелья она может и дома, точно так же отправляя готовую продукцию через камин или с помощью аппарации.

[indent] Особняком среди всего этого стоит журналистика, которой она сильно увлекалось ещё в школьные годы, работая в женском вестнике Хогвартса, а впоследствии, благодаря череде совпадений и случайностей, попала на стажировку в газету. На данный момент журналистика является одной из важных сфер её жизни, позволяя ей самореализовываться, чувствовать себя чем-то большим, чем просто домохозяйкой (хотя и к этой роли она относится как к весьма почетной, на исполнений которой с таким мастерством не каждый способен, но всё же душа просит иногда чего-то более интеллектуального и позволяющего ей развернуться как личности со своими вескими мнениями по определенным вопросам, а не только как хозяйке, матери, жене и сестре)… не говоря уже о том, что это  является одним из способов безопасно, но ощутимо участвовать в борьбе с ПСами, посредствам анонимного участия в работе подпольной / полулегальной газеты Лавгуда.

[indent] Как было указано выше, Молли не является членом Ордена Феникса, но посвящена в его дела через своих братьев достаточно, чтобы горячо сочувствовать этой организации и периодически помогать, чем сможет. Помимо вышеозначенной работы в “Придире”, она, например, время от времени предоставляет колдомедицинскую помощь его членам или просто обеспечивает зельем-другим, если, по понятным причинам, они не хотят или не могут светится в официальных местах предоставления колдопомощи, таких как больница святого Мунго, а так же всегда готова принять у себя дома и обеспечить горячей едой и ухом, которое выслушает и не осудит, а скорее поддержит, не только членов ОФ, но любого, кто нуждается в компании / поддержке / безопасном месте.

[indent] “Нора” семейства Уизли была, есть и будет безопасными местом для всех, кто будет в нём нуждаться (если, конечно,  у этого человека нет плохих намерений), как на психоэмоциональном и духовном уровне, так и благодаря множеству защитных заклинаний, которые в своё время Гидеон, Фабиан, Артур и Молли наложили на дом и окрестности, чтобы если не избавиться от любых негативно настроенных людей, то хотя бы замедлить их продвижение и оповестить семейство об опасности.

Отредактировано Molly Weasley (Вчера 19:51:13)